iliich: (Default)
Моя бывшая подруга сейчас растолстела
Сидит дома, варит борщ, штопает мужу трусы.
И пряча в халате рыхлое тело, украдкою бреет усы.
Да-да, бреет усы.
Очень нравится эта песня. Чья, кстати? Майка?
А чем нравится?
Тем, что это квинтэссенция мужской кондовой обиды. Она гниет, прикопана, в душе будьякого мужчинки средних лет. При помощи этого текста такой мужчинка может умозрительно почесать своё простое самолюбие.

Умозрительно, как байки, мол, эту я трахал, а та мне дала почти, да чет меня заломало.

Это сказка - убежище плачущего мальчика.

Мой небогатый опыт наблюдений подсказывает, что обычно все совсем наоборот.

Самое лучшее, что может сделать мол.человек для девушки - бросить её!
О, как после этого она расцветет. Не замечали? Она прекрасно выглядит, она худеет, стройнеет, она меняет стрижку, цвет кожи и цвет белья.
У нее случается личностный рост. У нее случается также профессиональный рост. Да и социальный, чего уж там, блин, случается.

Ухажеры! Вьются, яко жирные надоедливые осенние мухи. Да какие! Ты тока глянь! А глянешь - травма на всю самоуверенность, воо такой рубец. Знатные ухажеры - шерсть, молоко, мясо, меха, шампанское, цветы и тонна сладких улыбок, - мечта народного хозяйства.

Нет, ребята, все не так. Все не так, ребята. Увы, и ты чувствуешь себя терпилой. А так оно и есть, дорогой!

И что остается несчастному недомачо? А песни вона слушай.

Как хорошо проснуться одному,
В своем уютном холостяцком флэте.
И понимать, что ты не должен никому
Давать отчета, никому на свете.
И далее по тексту.
Прозит, мужики.
iliich: (иатвей)
Зачем нужны зубы?

Что за глупый вопрос, скажете вы. Да не такой уж и глупый.

Ну нахрена нужны зубы?!
Что это торчит у нас во рту? Корни какие, коренные, резцы, клыки. Фу, какая гадость!

А нервы! Нахрена, нет, НАХРЕНА во рту НЕРВЫ?! Вот мне конкретно, мне, простому сторожу со средним образованием, на кой ляд в каждом зубе по нерву?! Это ж уму непостижимо.

Зачем, я вас спрашиваю?
Эмаль эта! Развели, понимаешь, сантехнику.
Санфаянс, все белое, блестит. Чисти каждое утро-вечер, нити там, полоскатели всякие, зубные пасты. Носишься с ними, как со списанной торбой.
А толку? Ноль!

Итог - идешь к стоматологам. Чтоб они тут, ироды, на лексусах своих каждое утро спать не давали. Весь двор уже заставили, клиника у них тут видите ли!

Зачем? Что? Покусывать милого за шейку? Дура! Укуси его за задницу, может толку будет больше.
А нормальному человеку зачем?

Незачем.

Идея - дрянь, надо признать. Забот много, болит вечно то тут, то там.
Нет бы как у черепах, - пластинка сверху, такая же снизу. При некоторой доли упорства можно схерачить что хошь. А то - зууубы. Тьфу!

А растут! Мама дорогая, роди меня обратно!

Ильич за три месяца уже семь зубов вырастил. Восьмой зуб третий день растит. С муками!
Человек устал! Мычит, с рук не слазит, не играется, не есться ему.
Настроение аховое. Выражение лица говорит о том, что этот ребенок, дай ему волю, сломал бы тут все. Но в силу некоторых обстоятельств просто запоминает, и припомнит.
Ой, припомнит.

Ты, восьмой, того. Давай уже. Потише там. И побыстрее.
iliich: (дык)
Эмоционально жизнь моя, как человека стеснительного и закомплексованного, похожа на ходьбу по льду.
По зимнему асфальту, по накатанной корке наледи, не посыпанной песком сволочью дворником. Да в скользких туфельках, на картонной подошве.

Стараешься, идешь ровно, поджимая пальцы ног и ставя каждую очень аккуратно, на внешнюю сторону ступни.

Итог известен - усталость и одеревенение в душевных чреслах.

Или это как держать РГД-5 с выдернутой чекой в сжатой, потной от напряжения, ладошке. Держать дабы не бабахнуло. Но рука то устает!
Все равно - разожмешь. И все в дрызг!

Через это я завидую людям, способным сиюминутно разжать свои крепко стиснутые эмоциональные кулачки. Или не очень уж крепко стиснутые, чего уж там. Даже и вовсе не стиснутые.

Пуук! - легкий хлопок петарды и хорошо. Всем.

В танце ли, в слезах ли, в молитве ли, в истерике ли, в страсти ли, в пьянке ли, в ругани ... в чем угодно! Разжал себя, душу вывернул - хлопнуло-выхлопало.
Улыбнулся. Расческой пригладил височки, штаны-юбку оправил и иди гуляй, чего стоять то.

А ты, идиот косноязычный, мешком пыльным трахнутый, стоишь столбом-истуканом каменным ... пальцы в туфлях поджимаешь.

Что же делать? Мало средств. И все они безнадежно далеки от меня.
Можно пить, к примеру. Но алкоголь стал такой обыденностью, что просто и незатейливо вползает в этот метафорический кулак и становится естественно в ряд контролируемых процессов.

Ах-ах! Как быть, горемыке мне, прям таки и не знаю, чеслово. Нужно, нужно найти компромисс между вредностью телесной и потребностью иного, высшего ли, но порядка.
Ломик, тисочки, я не знаю, инструмент, способный разжать на моем горле эти сведенные судорогой пальчики внутреннего самоконтроля.

Задаааачаа, нда. Сходить в народ, купить беломору что ли. А?
iliich: (морда)
Нахожусь в жесткой зависимости от печатных слов, офсетным способом удерживаемых на бумаге. Через это мои типографские связи беспорядочны и не рациональны.

Кто же знал, что, начиная в пять лет собирать из буковок вывески и призывы коммунистической партии к советскому народу, я так попаду.

Х-Л-Е-Б. М-О-Л-О-К-О. М-Я-С-О. Миру – мир! Слава нам!

Так, что уже к четырнадцати годкам я ложился спать с книгой, засыпал с книгой, просыпался и дочитывал главу, не вставая с постели. Плавал в ванной, завтракал, сидел в сортире, гулял с собакой читая, читая, читая.

Лучшим подарком была именно она, родимая; любимым занятием - каталложить свою библиотечку, занимавшую к тому времени уже половину пятитонного контейнера.
Это если переезжать.

Еще чуть повзрослев открыл для себя девушек, дешевую Сангрию и букинистические южные магазинчики, по которым лазил, в свободное от первых двух открытий время.

Этот запах старых книг! М! А запах новых!
Нюхал бы и нюхал. Сам бы пах, - краской, пылью, кожей, бумагой, картоном, клеем, - будь такая возможность.

Ныне же, став толстым и смешным, я не собираю книг. Я их лишь читаю.

Да я их ЖРУ!

Штука в день. А овес дорог, ох, дорог, ёлки. Приходится брать раз в неделю заменитель: Ньюсвик и Огонёк. Формат нравится.

Но – мало! Мало! Местная пресса почти все гавно, а что не оно – мизер.

И с монитора не читаю, - может я идиёт? Смысл ускользает, стиль теряется, буквы только и остаются.

А! Спасите меня.

Дайте же, ну, дайте почитать что-нибудь, скорее.

Помру вскорости, как личность, вот вам крест.
iliich: (морда)
Я практически коллапсировался и тех, кого я вижу – немного: пяток реально существующих людей, десяток знакомых лиц и пара-другая десятков имен, любезно высвечиваемых мне при случае монитором.

Как говорится, - нет мира, кроме тех, к кому я привык.

И не смотря на это, а порой даже вопреки этому, все-таки происходит та вечная бодяга, та волокитная мутотень … я даже не знаю, как еще назвать.

Всегда найдется некто третий, кто с удовольствием и в мелочах расскажет совсем не чужому мне человеку, что я плохого сделал тире сказал, в связи с чем, в каких обстоятельствах и почему, по его мнению, это плохо.
И, как правило, этот не чужой, уже близкий мне человек возмущенно взмахнет руками: ах, я давно это подозревала (-ал), спасибо тебе, некто третий, открыл таки глаза на этого сволоча!

И тут же, не сходя с места, смертельно обидется на меня, этот родной, близкий уже практически человек.
Замарает номер моего телефона, зацарапает ржавым гвоздем мою аську, будет ходить другими улицами, чтоб не дай Бог … и в итоге станет «другом» … смешно.

Ну, не бред ли? Бред. А ведь на каждом шагу!

Почему, казалось бы, меня не спросить? Мол, говорил ли, делал ли и что это, в конце концов, значит?!

Я б ответил, мамой клянусь, да.

Почему вдруг этот пресловутый «некто третий» стал авторитетнейшим монополистом, владеющим всей полнотой информации? Экий специалист и толкователь меня, видите ли, а.

Он, а не я! Ммм?

Чушь эта, повторяющаяся из период в период, уже вызывает лишь грустную ухмылку и воспитывает философский взгляд на.

Но, - жаль и, как это, «абыдно», да.

Наверняка знаю, что если бы поселился на необитаемом острове, то, со временем, даже там, как по волшебству, появились бы и «некто третий», и якобы обиженный мной, и те, чье основное свойство заключается в мастерстве движения головы. Знаете, как у зрителей настольного тенниса, - вправо-влево, вправо-влево, вправо-влево…

И все завертелось бы …

Одним мною можно колонизировать безлюдные планеты, ептыть.
iliich: (Default)
Щас вот умою свою морду, вафельным полотенцем утрусь, руки ветошью вытру и, пожалуй, скажу.

Скажу, что мне странно читать некоторых товарищей, из тех, кто пишет за деньги в газетках и журнальчиках. Знаете, когда селедочку на этих газетках разделаешь, выпьешь по сто пятьдесят и читаешь от нехрен делать. А пишут, что мол, приемника пора бы узнать. А то как-то непонятно - чью жопу подлизывать. Жизнь трудна, если нет определенности в том, куда засунуть свой язык. Мерзнет, - особенности климата.

И ни у кого не вызывает хоть какой-то протест сам факт этого «преемства». Ни у кого нет и грана сомнения, что кого народу назовут, того он, болезный, и выберет. Все определенно? Ага. И не рыпайтесь.

Когда меня накрывает приступ паранойи, мне мнится, что вся эта демократия не более чем игра. Вся эта так называемая оппозиция, эти жирики, зюгановы, лимоновы и прочие фигурки нашей политической жизни не более чем винтики одной, большой машины по выкачиванию ресурсов из населения.

Они, как бы не обливались соком в эфире, действуют слаженно в соответствии с неким генеральным планом. У всех расписаны роли, сферы влияния, задачи, функции…

И тогда я понимаю, - не о чем переживать. Все слаженно как никогда. И глаза моих кормчих смотрят туда, куда надо.

Не надо, господа, бросьте. Судя по газетенкам, у нас Президент Российской Федерации будет по фамилии Иванов. Прекрасно, да? А как звучит, - президент России Иванов. Этот тот самый Иванов, любитель слова «Ииииессс!». Полиглот!

А что же нынешний, всенародно избираемый и любимый женщинами Президент? А?

А все тоже в ажуре. Есть такая компания «Газпром». Слышали же? Дык, ептыть! Маленький рай под себя, этот Газпром.

Итак, вывод. Покупайте акции «Газпрома». К 2008 году должны хорошо подорожать.

И налейте мне, пжалста, коньяка. Паранойя, глядишь, и отойдет.
И пойду голосовать.
iliich: (Default)
Странные по своей дурости перлы порой услышишь. На полном серьезе, и даже с некоторым надрывом.

Например, самый вверх идиотизма следующий шедевр.

"Он увел у меня девушку!"

Картинка сразу возникает на внутреннем экране: ночь, сверчки, далекая брехня собак, хлев. Через маленькое слуховое окошко проникает неверный свет луны. И в этом предательском свете видно мирно стоящую в хлеву корову, скорее даже телку.
Она дремлет, пережевывая свою жвачку, обмахивается хвостом. В ее изящной головке, может быть, роются какие ни будь дивные мечты и мысли. Хотя, скорее всего, все они о свежем сене, да о добром быке. Обычная, короче, безмозглая телка.

Но - ша! Все и вся вокруг замирает: сверчки, мыши подпольные, куры и даже пьяные частушки у околицы. Чувствуется, что сейчас появиться ОН, - великий злодей и похититель крупного рогатого скота.

И только эта дура, тупая корова, стоит и даже ухом не ведет. Что с нее взять - телка!

О, да! Вот и ОН. На нем маска аля мистер Ха, нелепый короткий опереточный плащ, ватные штаны и шикарные кирзачи. В руке - краюха хлеба, на морде - сальная ухмылочка. И еще, я забыл, усики, да-да, непременно, усики.

Хлебом приманил, обнял, потрепал по вымени, что-то хмыкнув про себя, дернув усом. И увел. Из хлева. Лишь глухо стукнули створки ворот.

Утром, при свете начинающего дня, я вижу взлохмаченного, с выпученными глазами мужчинку, в одних кальсонах с подвязочками и босиком, бегущего по пыльной улице. Поди, в милицию. Опорный пункт державы.

Разговор с сонным лейтенантиком.
- Итак, что у Вас украли?
- Корррооову, телочку мою единственную, увели, сукиблять, товарищ лейтенант!!!
- Без мата, гражданин. Все ясно, будем искать...

Занавес.

Ешкин кот, значит, гриш, друг любезный, девушку у тебя увели? Гы-гыгы. А за что, она ж у тебя безрогая была. Хы-хы. За что цепляли, как кумекаешь? Ха-ха.
А, может, утащили, а. Или может, увезли, а? Ыыыы. Не, я понял. Ее у тебя унесли!
Ну, все. Ищи другую, да запирай крепче. Ее уже поди того, хаха...держите меня.

Бедные злые, но смешные, ей-ей, вы люди.
iliich: (Default)
Каждое утро я спускаюсь глубоко в шахту. В забой по добычи колбасы. Я не один, со мной мои товарищи. Разные. Толстые, худые, глупые, хитрые, грубые и очень грубые. Разные, ага.

Но есть у них одна общая черта, которой у меня нет,- все они женаты. И когда настает время обеда, мы достаем наши тормозки. У них - макароны с маслом, домашние котлеты или пироги с костлявой уральской рыбой. У меня кефир, булка, в лучшем случае, - сваренное в крутую яйцо.

Я обедаю, они же, по доброте душевной, начинают меня доставать. Мол, а что это ты такой большой, а не женат, э? Что ты, мол, Ильюха, маешься все, давно бы женился. Были бы и у тебя макароны с пирогами и каждый день свежая майка с трусами. Детей тебе пора, опять же, как же без детей то... В таком вот направлении.
А я молчу. Жую яйцо. Я уже у устал отшучиваться. Перехожу на "огрызаться".

Знаете, я не, как это ни странно, не хочу, что бы кто то выходил за меня замуж. Не хочу семьи, как общественного института, как своей персональной ячейки. Ха! Ячейка, будто в камере хранения. Я не видел ни одной счастливой семьи.

И, самое страшное, о ужас, не хочу детей, детишек, деточек, младенцев, манечек-ванечек... Раньше думал, - с возрастом придет. Не пришло, и, видимо, Бог с этим.
Я, как говорят люди с книжкой в кармане, принял себя.

Но мужики с тормозками меня достали. И некоторые обрачеванно-родившие девушки, считающие долгом сверлить мне мозг своими маленькими победитовыми сверлами.

Какого черта! Я не хочу сажать деревья и строить дома. Это нормально.
Но я же не хочу зачинать дите. Даже если это единственный долг и смысл жизни, как представителя биологического вида хомо сапиенс.

А, придумал.
У меня есть дружочек, 25-летний раздолбай. У него уже к этому времени трое отпрысков от трех разных жен. Ждет четвертого.

Он - гений, заслуженный папа карло города. Страшно подумать, какого совершенства он достигнет к годам пятидесяти. Вот он, идеал биологический, пусть и за меня настрогает, где ни будь. Бутылку поставлю.
Ему не сложно, думаю.

А я - не хочу.
Допустим, пока.
iliich: (Default)
Я, знаете ли, господа мои, бычье. Подозревал это давно, но только теперь, попивая солнечную массандровскую мадеру, могу со всей определенностью кивнуть себе.

Мол, да, извини, рожденный ползать так сказать ни разу не может, и все дела.
Не вырасти мне над собой и под ногтями всегда будет грязь.

Увы - мне, но я в упор не понимаю книг многих современных писателей. Из модных.

Когда я, заткнув вафельное полотенце за воротник, начинаю потреблять эти культурные продукты, мне становится скучно.

Увы – мне, но они не вызывают у меня аппетита.
Японцы, испанцы, португальцы, шведы, русские, евреи…. Все они, что доползают до меня в своих персональных гробиках формата in folio, проходят строем и, просачиваясь сквозь глаза, оседают слева от унитаза.

Непонятыми и недочитанными. Кирпичики целлюлозы, пропитанные сверх всяких мер эстетикой и снобизмом. Это сочится со страниц, капая на плитку, вторя сломанному бачку.

Ах, эстетика! Сплошное любование, перебирание пальцами шероховатых поверхностей, тщательное обсасывание закоулков души, монотонное маструбирование на рефлексии и подсознательное …

Две тонны. Плюс две тонны субъективных переживаний, намёков на тайные знания, кивки на элитарность, неявных, хорошо запрятанных цитат.

Не. Это не для меня. Я не могу это есть, простите, читать.
Для меня, бычья, это слишком ЭКСКЛЮЗИВНО (говорить с гримасой брезгливости).

Увы - мне, я хочу от книг немного. Чтоб мне показали – вот это хорошо, вот это плохо. Это Добро, а это, мать его, Зло. А сейчас, внимание, Добро будет мочить Зло. Или наоборот. Бац-бац.
Закрыл обложку.

Мне нужно, другими словами, ЭТИКА. Эстетику же эту - лесом.

iliich: (Default)
Кажется, порой, что только два чувства реально двигают людьми в этих так называемых отношениях полов.

Страх со стороны мужчин. И Обида с женской половины.

Все поступки героев любовных жизненных рОманов логично вытекает как следствие этих чувств. Плюс помехи от отсутствия нравственной дисциплины, нежно названное русским словом «блядство»

Скажите мне – бывает ли иначе? Бывает ли любовь не как встреча двух неврозов?

Неврозов, что находят друг друга исключительно благодаря своей ущербности. И слипаются вследствие своей ущербности лишь для того, чтобы грызть друг друга, питаться друг другом. Расковыривая с особой тщательностью свои душевные ранки под аккомпанемент вздохов минутных удовольствий и хлопки в ладоши третьих лиц.

Не правильно ли говорить: невроз по имени Катя встретил невроз Ваню. Итогом этой счастливой встречи стало рождение толстого карапуза – Маниакально-депрессивного психоза.

Оба родителя, совершенно охреневшие, находятся под наблюдением светил психологии и психотерапии.
И ждут, когда опять встретят свою очередную любовь, чтоб усилить и углубить начатое.
Поздравим же их!

Так бывают ли другие причины для этого громкого слова?

Покажите мне, пожалуйста, пальчиком.
Мне просто приятно знать, что ты меня читаешь
iliich: (Default)
Мой социальный идиотизм этой осенью расцвел махровым цветом. Круг знакомых-друзей как-то резко сузился. Чпок, и вот только Димкасан на кухне готовит изумительные фаршированные перцы. Умелец, ептыть, не ожидал.

Но я не о перцах.

Конечно, недавно я узнал из игры SIM’S как надо общаться с людьми. Им, и это ново, нужно звонить, с ними необходимо встречаться, шутить, выпивать, интересоваться их жизнью, откровенничать по поводу своей, разговаривать, флиртовать, щупать за ладошки… много всего.

И если не делать этих телодвижений, то, по законам физики и экономики, трудно рассчитывать на насыщенное общение, на встречный интерес, на взаимопонимание, ага.

Надо, надо, надо.

Но чой-то я какой-то вялый, как та зелень. Выйдешь из забоя по добЫчи колбасы, - и весь такой уставший, равнодушный весь такой, заторможенный какой-то.

Внимание! Низкий уровень энергии! <сигнал сирены>

Ну, не Энерджайзер я нынче. Отнюдь.

Как говориться, - жую, потому что надо. Пью, когда наливают. Ебусь чисто из принцыпа. Пардонемуа, конечно.

Осень, правда, радует. Так бы и ходил, шаркая ослабевшими ножками, по паркам и улицам. Солнышко греет мою лохматую голову. Листочки шуршат что-то о выпивке. Воздух, как водится, свеж и прозрачен. Молчу. Нюхаю.

Хорошая погода. Можно поиграть в такую погоду.

Можно почувствовать себя императором в изгнании. Хе-хе. Или выздоравливающим тяжелобольным. Ощущение такое. Мнда.

А пойдемте, друг мой, прошуршим, действительно, в одной тональности мертвой листвой?

А?
iliich: (Default)
Я – тормоз.

Знаете, такой динозавр, со скоростью реакции несколько дней.

Нехорошая черта. Мешает.

Происходит что-то, скажем, - хорошее.
Вау! Надо, казалось, прыгать, радоваться и быстро-быстро стричь купоны.
Пока не началось, вжик-вжик, как говориться в одном анекдоте.

Я же, тупая скотина стою истуканом на вершине этого зеленого холма.
И сохраняю покой.

Человек, сделавший мне хорошо, ходит вокруг, заглядывает в глаза. Стучит по лбу согнутым крючочком пальцем. В ответ – лишь гул. Жалкая картина запустения.

Честное слово – я оживу! Честное слово – я уже ожил!

Накатывает волна, пусть с опозданием, крутит, аж зубы сворачивает – хочу увидеть, обнять.

Эй, человече, где ты?

Поздно. Обиделся, не понял, не дождался. Идет, спиной ко мне. Эй, обернись!

Я, вот те крест, ничего не плету: никаких заговоров, никаких ухищрений. И это не изыски психологических приемов. И я ничего не хочу выиграть и ничего не боюсь проиграть.

Ну, тормоз я!

Обернись, а?

Мне так хорошо, когда ты лицом ко мне. А?

Я волшебное слово знаю.

ПОЖАЙЛУСТА!
iliich: (Default)
День жизни прошел как фильм. Фильм, просмотренный не мной и показанный в кинотеатре города, в котором я никогда не был.

Бывает.

Очнулся я уже вечером, на кухне, со смутным ощущением усталости в плечах, тяжести в ногах и голода в нутре.

По всем признакам (вечер, кухня) передо мной на столе должен стоять ужин – пельменно-майонезная смесь.

Но ее не стояло.

Место нехитрой снеди занял коньяк.
Вот те на!
Распечатан и даже частью грамм в пятьдесят налит в бокал.
Присутствовали так же: тубус с сигарой, плитка горького шоколада.

Будь я Чапаевым, можно было аутентично сказать: «Вот, представь, Петька, это – белые».
Это хорошо, а где же красные? Наших на всем оперативном просторе стола не наблюдалась.

Что ж это со мной? Может быть, пора начать беспокоиться?

Будь, в конце концов, прокляты местные сельмаги, в которых усталый рабочий человек, после смены зашедший за пельменями-майонезом-хлебом, в помрачении своего неокрепшего рассудка, способен купить всю эту сволочь!

О, билят, и аванс то, поди, фьють!

Прорыв эстетства, не выдавленного родным профсоюзом. Остатки. Недобитки. Народу это не нужно. Да. Но теперь я это съем.

И съел.

Но – сперва – снял носки. И босыми пальцами шевеля, перелил из бокала в рюмку.
Снял штаны и уже в трусах, спрятав шоколад, порезал лимончик. Изуродовал его сахаром.
Сигара с трудом поддалась ре-эстетизму. Долго решал, рюмки четыре, как ее, дуру, ущучить.

Итог – оставил эту хреновину блестящую, вокруг которая; откусил ей задницу, прям зубами и, контрольно, затушил ее цинично в пепельнице, полной бычков любимой «Явы»

Виктория! Два пальца вверх - это победа!

Созерцание двух пальцев в такой близости от лица как – то не понравилось моему желудку – он испугано задергался.

«Спокойно, товарищ», - подумал я ему и упал с табурета на ковер спать.

Сон победителя сладок.
iliich: (Default)
Мухосранск. Центральная улица.

Зима, естественно. Мороз, снег там, хрум, хрум, блин. Снежинки эти. То да се. Нехитрые радости зимы.
Вечер.

Пара прогуливается по тротуару и заодно женская половина прохаживается по мужской. Словесно, по-русски и очень громко.

В любимой манере женщин публичного скандала «Смотрите-люди-добрыя-козел-какой!».

Мужик смотрит пустым и осоловевшим взором человека, внутре которого явно назревает «глубокий внутренний конфликт». И проблема, очевидно, выбора способа его разрешения.

Бабенка разошлась. Летают руки. Междометия и деепричастия. Глаза горят. Щеки. Крепкие ножки вкаблучивают с хрустом наледь панельную. Мохнатая шубенка распахнута на неслабой груди….

Финальная обвинительная фраза, как суть, как гвоздь в гроб:

«Понимаешь! Мне! Нужна! Стабильность! Слышишь! С-Т-А-Б-И-Л-Ь-Н-О-С-Т-Ь!!
И уверенность! В будущем! Стабильность, козел!!

А ты мне даешь стабильность!?

Хуй ты мне даешь!!!»

Занавес. Из снежинок. Лишь одиноко мигает светофор, растворяются осиротевшие восклицательные знаки.
И музыка. Возможно, что ни будь из Вагнера.

Тарам-там-там-там-там-тарам-там..


Вот и пойми, то им стабильности мало, то им хуя много, то им севрюги с хреном не хватает…

Счастье, - такое призрачное явление…

Я втыкаю бычок в сугроб. Это мой вклад в борьбу с зимой.

Я – ухмыляюсь.
Мне просто приятно знать, что ты меня читаешь
iliich: (Default)
Года три назад мне подарили маечку. Белую такую, с аппликацией.
К слову, теперь она уже не белая. Но зато уютная и я в ней сплю. Или рядом со мной спят. В ней.

Так вот – аппликация. Картинка известная - туалет грязный и в нем Дед Мороз повесившийся. Надпись – «Нового Года Не Будет».

И ведь таки да – с тех пор этого самого – не было. Вот ведь какая штука.

Тот НГ прошел сквозняком. Был, а вроде и нет. Хотя, скорее, был. В другой комнате, например. То есть – где-то точно был. Сомневаюсь до сих пор. Проходной праздник короче.

Прошлый – на работе. В ночь. А вы бывали когда ни будь в ночном? Хехе. Послушал Президента и уснул в пол первого с чистой совестью занятого и несправедливо обиженного человека.

Да, конечно, утро было прекрасным: и тихие, пришибленные какие-то улицы; и снег, парк, пустые дороги. Такое, мнэээ, созерцательное утро.

А уж «дома» то как все было хорошо! Похмельные сожители с помятыми гостями. На одном только своем спальном месте я откопал аж три штуки.

Дисбаланс. Диссонанс. Не состыковка с внутренним моим утренним мироощущением полная.

Так что, пошел в душ, а потом в гости к хорошей девушке. Где я опять, блин, уснул. Спасибо, кстати, век помнить буду.

Вечером догнал всех. Спасибо за коньяк другу, но это уже не то.

Этого НГ не будет. Однозначно. И бесповоротно. И даже еще хужее….

Вот такая вот волшебная маечка.

А еще мне недавно подарили футболку с надписью «No woman No cry».
И с надписью «Italia».

Что от них ждать? Что они принесут или, вернее, привнесут? Ума не приложу.

Люди! Дарите маечки-футболочки острожно! Они же судьбу, ешкин кот, направляют!
Волшебство, однако.

P.s.: Мысль! Срочно подари мне ту футболку с Кама Сутрой! Срочно! Пропаду же! : )).
iliich: (Default)
Бывает настроение, когда фокус внимания нацелен не, как это обычно бывает, вовнутрь, а наружу.

А как же, ведь снег идет, сочно хрумкая под ногами, фонари горят и относительно тепло, - все настраивает на такой добродушно, знаете ли, рассеянный лад.

И под этот лад замечательно видятся сценки, поставленные городской труппой Народного Театра прямо на улицах, безо всякого сомнения, ради моего увеселения.

Талантливейший народ!

Вот, например, скандал по левому борту.

Невеликого роста усач мужичек, похожий на таракана в шапке и полушубке, громко отпихивался от неких двух дамочек. У дамочек – проституточно-вокзальный вид.
Все трое несколько пьяны и потому их слова, тон слов, жесты, - все наполнено живой, бьющей, как это принято говорить, через край экспрессией и аффективностью.

Еще на подходе слышаться их голоса – у таракана голос низкий и хриплый, утесовский, с таким характерным придыханием. Бабский же дует, к сожалению, ничего особенного из себя не представляет, - прокуренная визгливость и только.

Наконец, мужичек отталкивается т подружек движением обеих рук, подобно пловцу брасом, кидая им за спину своим чудным голосом:

«А идите-ка вы на хуй!»

«Так я не поняла, Саш, - кричит вслед одна, - ты хочешь чтоб мы домой пошли, что ли?!»

«Да, идите вы на хуй!!», - подтверждает удаляющийся обладатель мохнатой шапки.

И все – успокоились.

А я похрумкал дальше. Я – улыбаюсь.
iliich: (Default)
Когда мне впервые торжественно вручили стопочку золотых французских поцелуев. А тайно, под большим секретом, подарили еще теплый слиток прикосновения в девичьей груди под пижамной фланелькой –

я стал богачом.

Я почувствовал себя богачом!

Прижал свое сокровище, зарыл, закопал, запер очень надежно и очень глубоко.

Стой, кто идет! Граница поста – три метра! Посторонним запрещено. Стрелять без предупреждения.

Я защищал, защищался, охранял и не допускал. Даже мысли.

Потребовалось пятнадцать, не скажу, что долгих, но лет, что бы понять –

я идиот.

Пока я увлеченно, изображая из себя цепного, с рыком, пеной, клыками и прочими слюнями, кидался на прохожих, в реальном мире случилась

эмиссия.

Стало слишком много. Много якобы «случайных» прикосновений и якобы «дружеских» поцелуев, пальцев на попах, ладоней за пазухой. Быстрых минетов, засосов, языков, объятий, коллективных петингов …
Всего стало много.
Раздается бесплатно, даром, походя.

На, на, и на тебе. И еще, так уж и быть, на тебе.
Никто не ушел обиженным. Стакан воды выпить сложнее, - больше моральных запретов.

Золото превратилось в никель.
Копейка, захватанная дружелюбными пальцами, - в герб.

Мелочь, мелочь, мелочь … Разменная монета. Кому нужно золото, - слишком сложно. Проще. Проще! ПРОЩЕ!

Разменяйте? Спасибо, товарищ.

Я накормлю и застрелю своих псов. Срою рвы. Расплету фенечки колючей проволоки.

Что у вас тут в ходу? Мелочевка? Она есть у меня, - позвякивает в кармане. Слышите? Звяк, звяк.

Я такой же как все.

Подставляйте же скорее щелочки своих общедоступных игровых автоматов!

У меня найдется пара-другая горстей.
iliich: (урод)
Россия входит в тройку стран, в которых суицид принял самые угрожающие размеры. Что заставляет …
Из радиопередачи.

Бестелесные голоса, происхождение которых, несомненно, эфемерно, были озабочены. И сквозь эту озабоченность рефреном выпирал вопрос:
ЧТО заставляет человека в рассвете физических и умственных сил добровольно убить себя?

Вопрос – гавно, как говорят в мифической Москве.

Правильный: ЧТО удерживает человека в этой жизни?

Скажу сразу, - я считаю несомненным свойством разума патологическую тягу к смерти. За это и детское «а вот если я умру, то вы…», и войны, и «мирный» атом, и прочая, прочая, прочая, вроде наркоты и майонеза. Убедиться просто – посмотри с высоты вниз. Что придет в голову? Только честно! Вот именно.

А удерживает от конечной реализации этой тяги в пропасть сущий пустяк.
Страх. Страх тела – дичайший крик каждой клеточки – ЖИТЬ! Этот вопль везде и всюду. Вкус к жизни, сибаритство, власть, секс и конфеты «Космические» глазированные шоколадной глазурью в коробках по 300 граммов.

Организм ведет оборону. Ужасом, боязнью, детьми.

Организм придумал христианство и любовь. Дружбу и роскошь человеческого общения.

Организм пишет трактаты о смысле жизни, загробной жизни, о жизни на Марсе, семейной жизни, вечной жизни …

Живи, чувак, ты че?

К твоим услугам города, психологи, жалость, семья, чувство локтя, лекарства, мы победим спид и рак, Матросов поскользнулся, анекдоты, ах как хорошо - давай еще и долгожители в ящике каждый вторник …

Оборона впечатляет. Но мы все равно обманем. Хитро, коварно. Убьем тело его же методами.

И сдохнем в ужасе.

Самоубийцы честные люди. Это не легкий выход. Это честный выход. Акт высочайшего мужества. Трусость? Мудак ты.

Они достойны уважения, а не заоградья и исправлений в графе «Причина смерти» – «а то как –то стыдно».

Честно это, понял!
Честны даже сорванные ногти, моча на форменных брюках, твердый почерк записки и эти царапины на штукатурке ванной комнаты, которые я вижу, блять, до сих пор в своей глупой башке!

А я вот трус. Оказался.

Приемник разбил. Радиокозлы.
iliich: (Default)
У любимого мной в детстве Эриха Марии Ремарка есть описание памятников, повсеместно возникших в послевоенной Германии. Это так называемые «Скорбящие Орлы»: постамент типа шпиль-скала и сверху этот орел, со скорбно распростертыми крыльями. Недавно я видел такой в одном местном скверике.

И тут меня, как это, эээ, что – то торкнуло. Мне этот ремарковский орел кого-то до такой степени напомнил, что я выронил из замерших пальцев запрещенную бутылку запрещенного пива. Она разбилась о твердую плоскость общественного места со звуком безвозвратной потери.

Щелкнуло – блять, да я знаю тонны людей, по сравнению с которыми эти орлы с их бронзовым пафосом - общипанные куры с прилавка сельмага №3 Тамбовской губернии.

Этим людям для полноты бытия требуется горе, или ГОРЕ, или горюшко. И ведь находят! Находят – от чиря на жопе, до ушедшей пять лет назад жены.

А если нет на полке такого повода – они расковыривают свою душу (а заодно и души окружающих) до состояния гниющей раны. Все, что есть хорошего, светлого, счастливого – похерить, измочалить.

Из всего способны сделать бульон-вытяжку скорби, - как повод встать в эту позу.
Позу Скорбящего Орла.
А почему?

Потому, что только в этой позиции они способны жить: ощущать и действовать.

А если нет ничего уже, что можно поломать, оскОрбить в своей жизни, - они возьмут чужое горе. Очень чуткие, очень отзывчивые люди. Чувствующие с приставкой «со», - как ленточный паразит СО-питается.

Еще им нужна публика. Без кольца соболезнующих вокруг – это было бы бессмысленно. Чем больше – тем лучше.
Площади, скверы, тусовки и узкие компании широких лиц – их ареал обитания.

Высечь золотом на гранитной скале внимания «ГОРЕ». Взгромоздиться и, растопырив крылышки, замереть в бронзе скорби. Навечно. Навсегда.

И что б люди, кругом люди ласкали грустными, понимающими глазами, поглаживаниями, похлопываниями, кивками, поцелуями ….

Господи, пронеси от участи такой.
iliich: (урод)
Эта осень – глупа, тупа, самодовольна, жестока.
Любимая пора вроде, ан нет, - и она, сука, предала. Грустно мне в ней, одиноко мне в ней, неуютно мне в ней.

Болит горло, обложенное ангиной. Лихорадит от температуры.
Глаза желтеют с пугающим постоянством. Раньше желтели только со зла. Теперь – постоянно хожу, отсвечивая желтым в обрамлении синяков и римско-еврейского носа.

А губы? Что это? Постоянно кривятся. Ползают по отведенному им району лица, змеятся, чуть ли не шипят; дрожат. Нижняя, треснутая, выпирает упрямо вперед. Скулы каменеют, натягивая кожу и выбеляя прыщи.

Увидел бы со стороны – вызвал бригаду. Но – нет.

Мну лицо ладонями, закуриваю сигарету от прыгающего огонька. Надо бросить. Конечно, это проще простого. Пальцы то как дрожат. И – пить заодно. Потому что – глупость. Делать глупости – моя специальность. Фразы глупые вот также рожать. Брошу. И уйду. А куда?

Понял смысл древнего проклятия «Чтоб тебе пусто было!». Это просто. До охуения просто.
Это когда выходишь с работы вечером ли, утром ли и понимаешь, что идти то тебе, по сути, НЕКУДА.
Стоит телефон и ты на стуле работы советских мастеров, но звонить то тебе НЕКУДА,
Совершаемый звонок вызывает голос, знакомый вроде, но говорить тебе с ним НЕ О ЧЕМ.
Едешь в гости, но понимаешь, что ехать тебе НЕЗАЧЕМ….

Что б тебе пусто было!
И стало мне пусто.

Мну лицо, закуриваю сигарету.

А, в жопу! Я все равно не сдамся живым! Витамин внутримышечно, контрастный душ, позитивное общение, пафос совместного преодолевания, книги и сон…

Устал я что-то.

Мну, закуриваю.

March 2014

S M T W T F S
       1
2345 67 8
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 10:47 pm
Powered by Dreamwidth Studios