Покидая пределы...

Нет же, блять, найдем куда ввести войска,-
Вражьи кости нам, как снег под каблуком...(с)



Есть очень немного вещей, которые заставляют меня покидать свою теплую и уютную Внутреннюю Монголию. И одна из них происходит, к сожалению, примерно раз в полгода.

А именно: мои знакомые возвращаются с юга. Или их привозят. Но не частью шумной толпы тюленеобразных отдыхающих-отпускников, а частью “груза 200” или “груза 100”. И нельзя сказать, что это мои близкие знакомые. Но меня этот факт отчего-то бесит.

Редко, но приходится приходить на похороны. Чаще я товарищей встречаю ...мнээ... “в быту”. И не знаю, под каким номером зашифровать тот груз, что тикает у них в головах. Вроде - все нормально. Нет, что вы, нет никакой “печати войны” на лицах или проявлений этого блятского синдрома с очередным названием. Просто постепенно усваиваешь, например, что пить с ними следует осторожно. А лучше - вообще не. Ибо пить с противопехотной миной удовольствие сомнительное. Вот такие вот мелочи нет-нет, да проскочат. Ничего страшного?

И мне кажется - государству (что бы это слово не значило) тоже так мнится. Оно не понимает. Или делает вид, что не понимает. Действительно, о чем беспокоиться? Смотрите: мой прадед (все четверо) воевал, мой дед (оба) воевал, мой отец воевал. Е-мае, да подумаешь, еще парочка поколений повоюет. И что? Вот именно - ничего! Часть сопьется, часть сойдет с ума, часть залезет в петлю... Или понаоткрывают полукриминальных фондов, да и перестреляют-перевзрывают себя.... Делов то. Вобщем, государству - не в первой. Плевое дело, господа.

А так ли?

Вот - “симпатишный” коренастый паренек. Лет двадцать с очень маленьким хвостиком. Шубутной весельчак и малохольный балагур. Любитель баб и не дурак выпить. Рабочий квартал, рабочая общага. Обаятельнейший гопник. Шутник. Убийца. Снайпер. Около тридцати “уничтоженных сепаратистов”. В- принципе - людей.

Вот другой - здоровый и спокойный, как слон. “Ты когда ни будь видела, что бы слоны волновались?...” Вот, вот. Надежный, улыбчивый, не болтливый. Круглолицый и румяный. Любимец женщин и детей. Убийца. Военно-учетная специальность - пулеметчик. Выжил в первую чеченскую в тот самый Новый год.

А вот - тридцатилетне - с - чем - то мужичок. Усатый, как унтер из комиксовых советских картин про Белую Гвардию. Ладно сбитый смешливый матерщинник. Бессребреник - снимет и отдаст последнее. Огромаднейший любитель “заложить за воротник”. Безобидный алкаш. Убийца. В составе бла - бла - бла получил приказ “содействовать установлению мира” между Абхазией и Грузией. А иначе - занять круговую оборону и шмалять во все, что имеет рост более полутора метра и количество колес числом более двух.

Etc., ect...

Вот и ходят они неприкаянные. Им нечем заняться. Они ходят-бродят. Меняют никчемные работы. Меняют никчемных женщин. Пьют дрянную вотку. И, очевидно, оправдывают надежды государства. Но ходят, господа, они по вашим улицам. Они ничего не умеют. Кроме нескольких вещей, на этих улицах преследуемых по закону. Они ходят. Вы не находите - странно, что они еще не ходят в ногу. А ведь могут пойти. Нет?

“Я не знаю, что такое “конституционный порядок”. Зато я знаю, как его устанавливать в отдельно взятой башке: берешь ствол и разносишь ее к ебеной матери.” Конец цитаты.