Минеры не ошибаются.
Mar. 21st, 2003 11:59 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
iliichЗавидую людям, которые могут одной фразой так рубануть, так выстрелит, что все остальное - лишь "словом по древу".
"Жизнь наше - поле ряженых мин".
Люди, ситуации, которые они создают - это мины. Субъективно это страшенные мины, каждая охренительно большого заряда. Тронешь, чувством ли, словом ли, делом ли, и - АГА! Рванет, окатывая тебя любовью-ненавистью, злобой-дружбой, сочувствием-жалостью.… Засыпает. Разрывает в клочья. Отрывает руки, головы, куски плоти пополам с кусками нервов. Входим в социальный контакт, неизбежный из-за нашей стадной природы.
Еще с детства. Когда два самых близких человека - родители - входят в постоянный контакт друг с другом, калеча себя и все что рядом. Хаотичное воспитание, когда сюсюкающая любовь граничит с бессмысленным ожесточением. Поцелуи, подзатыльники (пускай - психологические), давить, любить, направлять, давить, калечить, нежить. Будь как я. С младых ногтей вкладывают в тебя толь, тринитротолуол и просто неврозы. Вырастают детонаторы на душе. Давай, сынок, живи.
Дальше - больше. Разрывы накрывают. Вспышка слева, вспышка справа. Первая драка, первая несправедливость, первая влюбленность, первая женщина…. Бдыж, бамс, бум… ложись, дурик!
И вот постепенно поселяется в душе осторожность, умелость, хватка опытного подрывника. С первого взгляда распознать механизм мины, обезвредить или, виртуоз!, направить в нужное русло. Использовать энергию взрывов других, пусть другие с завистью наблюдают за реактивным движением вверх. Юрий Гагарин форева!
Но другие не обладают столь наблюдательным умом. Они рвутся как в первый раз. Даже если это уже сотый. Ревность, любовь, дружба … Бамс! Смотрите, выбирается из воронки, утирает юшку и, вот ведь, опять попер - без ума и смысла. Печальна судьба дурака, дорогой дневник, печальна.
А ежели ты еще и трус и осколки вкупе с взрывными волнами первых разрывов слишком испугали тебя, то твоя участь еще более ужасна. Стоять на этом чертовом поле, судорожно сжимая щуп. Боясь ступить в стороны, обвещаный бронёй спецкостюма души. Помереть мне, милый дневник, в болоте первых воронок. Хотя даже у меня есть развлечения. Это развлечение - наблюдать. Ведь есть прочии, ведущие себя иначе. Вона - побежал еще один. Раскинув руки в стороны, прет, зараза, по самым опасным местам. Бежит, сволочь, лыбится. Разрывы, звуки, фейверки, а какие цвета!
Можно даже позавидовать. Красиво живет, чертяка. Жаль, что недолго.
"Жизнь наше - поле ряженых мин".
Люди, ситуации, которые они создают - это мины. Субъективно это страшенные мины, каждая охренительно большого заряда. Тронешь, чувством ли, словом ли, делом ли, и - АГА! Рванет, окатывая тебя любовью-ненавистью, злобой-дружбой, сочувствием-жалостью.… Засыпает. Разрывает в клочья. Отрывает руки, головы, куски плоти пополам с кусками нервов. Входим в социальный контакт, неизбежный из-за нашей стадной природы.
Еще с детства. Когда два самых близких человека - родители - входят в постоянный контакт друг с другом, калеча себя и все что рядом. Хаотичное воспитание, когда сюсюкающая любовь граничит с бессмысленным ожесточением. Поцелуи, подзатыльники (пускай - психологические), давить, любить, направлять, давить, калечить, нежить. Будь как я. С младых ногтей вкладывают в тебя толь, тринитротолуол и просто неврозы. Вырастают детонаторы на душе. Давай, сынок, живи.
Дальше - больше. Разрывы накрывают. Вспышка слева, вспышка справа. Первая драка, первая несправедливость, первая влюбленность, первая женщина…. Бдыж, бамс, бум… ложись, дурик!
И вот постепенно поселяется в душе осторожность, умелость, хватка опытного подрывника. С первого взгляда распознать механизм мины, обезвредить или, виртуоз!, направить в нужное русло. Использовать энергию взрывов других, пусть другие с завистью наблюдают за реактивным движением вверх. Юрий Гагарин форева!
Но другие не обладают столь наблюдательным умом. Они рвутся как в первый раз. Даже если это уже сотый. Ревность, любовь, дружба … Бамс! Смотрите, выбирается из воронки, утирает юшку и, вот ведь, опять попер - без ума и смысла. Печальна судьба дурака, дорогой дневник, печальна.
А ежели ты еще и трус и осколки вкупе с взрывными волнами первых разрывов слишком испугали тебя, то твоя участь еще более ужасна. Стоять на этом чертовом поле, судорожно сжимая щуп. Боясь ступить в стороны, обвещаный бронёй спецкостюма души. Помереть мне, милый дневник, в болоте первых воронок. Хотя даже у меня есть развлечения. Это развлечение - наблюдать. Ведь есть прочии, ведущие себя иначе. Вона - побежал еще один. Раскинув руки в стороны, прет, зараза, по самым опасным местам. Бежит, сволочь, лыбится. Разрывы, звуки, фейверки, а какие цвета!
Можно даже позавидовать. Красиво живет, чертяка. Жаль, что недолго.
